dr_maksimum (dr_maksimum) wrote,
dr_maksimum
dr_maksimum

Categories:

Константин Леонтьев - консервативная революция за полвека до Юнгера и Эволы.

"И сказал: истинно говорю вам: никакой пророк не принимается в своем отечестве." Лк.4:24.

  1. Вступление – Родина слонов.

Советское поколение должно помнить иронический ответ на рассказы о достижениях советских людей - "Россия - родина слонов". Слонов у нас, как известно, не водилось - но в начале времён мамонты всё же топтали снежные равнины.
Также обстоит дело и с философскими концепциями. То, что европейские мыслители мучительно осознавали в двадцатом веке, проходя сквозь болезненный опыт фашизма и описывая окружающую деградацию, Константин Леонтьев понял и описал ещё в девятнадцатом веке. Имена Эрнста Юнгера, Юлиуса Эволы, Рене Генона навсегда записаны в истории радикальной традиционалистской мысли. Думаю, было бы уместно поставить в один ряд с ними имя великого русского консерватора - Константина Леонтьева.
Мысли традиционалистов ныне актуальны как никогда. Мы наблюдаем то, что проанализировал Освальд Шпенглер и от чего предостерегал устрашившийся Герцен. Закат Европы, Götterdämmerung. Вера во всемогущество человека растаптывается транснациональными корпорациями, превращающими саму жизнь в бесконечный спектакль потребления. Терпимость оказывается бессильна перед ликом враждебного инородческого национализма, осознающего свою неизбежную правоту. Либерализм превращается в новую диктатуру политтехнологий и масс-медиа. Свобода оборачивается рабством. Мир - кассетными бомбами и горящими храмами Сербии. Европа сама воздвигает себе кровавый мавзолей, увешанный флагами толерантности и гуманизма.
Горестно видеть, что эта зараза - против которой пророчествовали славянофилы и против которой восставал Леонтьев - коснулась и России. И ныне Третий Рим обращается Содомом и воцаряется мерзость запустения...

  1. Пророк консерватизма

Так в чём же состояла пророческая миссия Константина Леонтьева? Что было основой своей философии, в чём был его консерватизм и в чём была его революционность? Чтобы осознать и понять философию Леонтьева, нужно изменить своё сознание. У человека, живущего в современном обществе, в сознании существуют определённые априорные установки, не подвергающиеся сомнению. К ним принадлежит убеждённость в "естественности" демократии, неприятие любых форм рабства и подчинения, убеждённость в существовании "естественных и неотчуждаемых прав человека". Мы можем с определённостью сказать, что Великая Французская Революция, несмотря на свой исторический проигрыш, победила в сознании, разрушив традиционный комплекс идей и убеждений. Но в эпоху Леонтьева это было не так. Этот мыслитель был чист от догм нынешнего "свободного" общества - и поэтому зачастую выдвигал парадоксальные для современного человека сентенции.
Леонтьев был оппозиционен обществу того времени. Будучи образованным человеком, он высказывал мнения, необычные и неприемлемые для салонов эпохи Александра Освободителя. В то же время он был, безусловно, предан власти - но преданность эта была невостребована в эпоху западнических реформ. Реформы Леонтьев не принимал - но против них голос поднимал осторожно, с тактом. Вообще, в трудах Леонтьева на актуальные политические темы очень заметно то, что Эвола после описывал как обязательную принадлежность аристократа - чувство дистанции. Этот врождённый духовный аристократизм очень заметен как во внешности, так и в трудах Леонтьева. Почему же тогда его можно назвать первым консервативным революционером? Потому, что он, пусть и с тактом и осторожностью, говорил о необходимости коренного перелома того курса, которым движется весь мир - и к которому склонялась Россия.

  1. Предвестник традиционализма

В своём отрицании прогрессисткого курса Леонтьев выдвигает собственные идеалы, которые напоминают последующую концепцию традиционализма.
Ценности традиционалистской философии были лучше всего сформулированы Юлиусом Эволой:
"Традиционный мир знал Божественную Царскую Власть. Он знал акт перехода - Инициацию (два великих пути приближения к сверхмиру) - героическое Действие и Созерцание; посредников - Обряд и Верность; великую опору - традиционный Закон и Касту; земной символ - Империю." [Юлиус Эвола "Восстание против современного мира" http://www.nationalism.org/vvv/evola-rivolta-1-01.htm 29.05.2013]
Для интегральных традиционалистов двадцатого века, начиная с Рене Генона было свойственно понятие изначальной Традиции, от которой затем пошли все прочие религии и мистико-магические пратики.
Однако, в отличие от Генона, у Леонтьева нет понятия "примордиальной традиции" - изначальная, истинная традиция для него выражается в Христианстве - причём в Христианстве Православном, как лучше всего сохранившем древнее Откровение. Сходится Леонтьев с традиционалистами и в своём историческом пессимизме - мировая деградация для него факт. Истинное византийское Православие не сохранилось в своём изначальном варианте, но распространилось равномерно на Запад и Север. И если на Западе оно встретило латинскую ересь и уже сформировавшующася феодальную систему, то на Руси оно легло на плодородную непаханную землю восприимчивости к новым учениям. Таким образом, по Леонтьеву, дикость Руси стала её достоинством и позволило ей принять Христианство в наименее искажённом варианте.
"Перенесенный на русскую почву, византизм встретил не то, что он находил на берегах Средиземного моря, не племена, усталые от долгой образованности, не страны, стесненные у моря и открытые всяким враждебным набегам... Нет! Он нашел страну дикую, новую, едва доступную, обширную, он встретил народ простой, свежий, ничего почти не испытавший, простодушный, прямой в своих верованиях."[ К. Н. Леонтьев Византизм и славянство http://knleontiev.narod.ru/texts/vizantizm.htm 29.05.2013]
Тем не менее, принципы Иерархии и Империи Леонтьев видит как основополагающие устои России.
Историческую эволюцию государственности Леонтьев видит в переходе аристократических форм управления в монархические, а монархические формы сменяют деградантские - либеральные и демократические. То, что содержит в себе демократию, для Леонтьева априори негодно - или, по крайней мере, неприменимо для страны, являющейся хранителем Христианства. Леонтьев бы скорее всего подписался под фразой Иоанна Кронштадтского - "Демократия в аду, а на Небе Царство".

  1. Апофеоз Византийства

Комплекс византийских идей включал в себя не только Христианство, но и принципы Царства, органично накладывающиеся на русские традиции. Как таковое, основное пришествие Византийства связано с воцарением Ивана III - время организации русской государственности и создания русских социальных традиций. Такими традициями становится самодержавие с наличием всегосударственной, не феодальной, аристократии. Византийство исключало эгалитаризм - и очаги эаглитаристического сопротивления самодержавию наблюдались лишь по окраинам царства.
Мнение Леонтьева о русских социальных ценностях выражается, пожалуй, в следующей цитате:
"Сильны, могучи у нас только три вещи: византийское православие, родовое и безграничное самодержавие наше и, может быть, наш сельский поземельный мир." [ К. Н. Леонтьев Византизм и славянство http://knleontiev.narod.ru/texts/vizantizm.htm 29.05.2013]
Здесь тоже можно увидеть паралелли с последующим учением традиционализма - Жрецы, воинство и крестьянство сохраняют традиционную сакральность во всеобщей симфонии органического государства. Леонтьев считает крепостное право не постыдным рабством, но той формой организации крестьянства, при которой в низах общества сохраняется изначальная традиционность - Православие в народных массах сохраняется лучше, чем в высшем свете аристократии - именно за счёт того, что крестьяне оберегаются от западных пустых умствований, о которых предостерегали Православные Отцы.
Монархизм, великодержавность - основа русской цивилизации. Для Леонтьева приводить какие-то доводы в пользу его благости излишне - исторические примеры доказывают, что монархическое чувство вкупе с Православием - то есть византийство, есть единственный раствор, скрепляющий великорусскую нацию и обеспечивающий ей историческое выживание. Имперский принцип не обсуждается - он основа нашей цивилизации - и пока он существует, Русь не падёт.
Таким образом, мы наблюдаем целостную концепцию всегосударственничества, отрицающего благо индивида во имя блага всех, диалектически выражающегося в следовании Православной Традиции. Служение ей есть благо само по себе - и несёт благо индивиду, давая ему смысл жизни и обеспечивая спасение души. Можно увидеть в этой концепции зачатки фашистской концепции консервативной революции, хотя Леонтьев, конечно, более укоренён в народных корнях и чужд любым формам модернизма.
Отношение Леонтьева к любым социальным новшествам просты:
"Я осмелюсь, даже не колеблясь, сказать, что никакое польское восстание и никакая пугачевщина не могут повредить России так, как могла бы ей повредить очень мирная, очень законная демократическая конституция." [ К. Н. Леонтьев Византизм и славянство http://knleontiev.narod.ru/texts/vizantizm.htm 29.05.2013]
Демократия вредна, поскольку разобщает народ, лишает его общей цели, отрывает от корней - а значит и от Православия. Установление демократии значит разрыв иерархических связей, значит отчуждение народа от сакральных материй, значит разрушение всего созданного строя, ведущего Россию к исполнению своей исторической миссии и к новым и новым победам.
Либеральные реформы, отмена крепостного права, появление нигилизма и демократических движений - для Леонтьева всё это тревожные сигналы предуготавливающегося конца страны. Закат Pax Russica. Он внимательно изучает историю и теорию социализма и с грустью осознаёт, что идеи социализма с его культом материального и зацикленностью на собственности, обречены на победу в Европе. От этого он предостерегает Россию.

  1. Заключение – судьба пророка

Леонтьев в чём-то пал жертвой собственной идеологии. В его философии потенциально был заложен революционный элемент – но призвать к коренному изменению вектора из его позиции было невозможно. В чём-то та история напоминает нынешние времена путинизма, когда власть выражает поддержку и охраняет те же традиционные ценности – но охраняет так, что эти ценности неизбежно деградируют. Леонтьев находился в замкнутом круге, будучи отвергнутым либеральной интеллигенцией и получая безразличные покровительственные кивки от власти, не нуждавшейся в нём.
Леонтьев действительно предвосхитил доктрину Европейского (или лучше сказать мирового) традиционализма, причём сразу формулируя её как доктрину для России. Ему принадлежит блестящее описание организационной формы русской идеи, гораздо более утончённое, чем официозное «Православие. Самодержавие. Народность». Он чётко указывает приоритеты в развитии общества – духовное совершенствование, близость к сакральным материям, организация жизни в соответствие с этими целями – вот цель жизни нации. Национализм, лишённый цивилизационных и религиозных черт он отвергал, справедливо полагая его буржуазным и индивидуалистическим. Его славизм – неуловимая сущность, материя, к которой прилагается форма византийства – и за счёт этого достигается величие России.
Увы, Леонтьев был вынужден ограничиться описанием России. Он не мог предложить никакого позитивного проекта преобразований, будучи скованным оковами той системы, которую он хотел защитить. Его предложение – предложение консервации страны, остановки реформ. Однако, либеральный ящик пандоры уже был открыт. Контрреформы Александра Третьего и консерватизм Николая Второго не могли ничего изменить. Система, подтачиваемая либералами и нигилистами – паразитами в организме великой страны – давала течь. По текстам Леонтьева видно, что он сознавал неизбежность подобного исхода. Дальнейшая история России, падение Империи и апокалипсис 90-х годов. Либерализм. Забвение Византии.
Непринятый, непонятый пророк, Константин Леонтьев 12-го ноября 1891-го года умер от пневмонии, отправившись в то Царство и на тот Суд, образ которого он желал видеть в России.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments